«Ничего необъективного не увидела. Сегодня судейство стало калькуляторским» — именно так охарактеризовала результаты Петра Гуменника на Олимпийских играх в Италии трехкратная олимпийская чемпионка в парном катании Ирина Роднина. По ее словам, разговоры о предвзятости судей в данном случае не имеют под собой почвы.
Фигурист Петр Гуменник завершил олимпийский турнир одиночников на шестой позиции. По сумме короткой и произвольной программ россиянин, выступавший в нейтральном статусе, набрал 271,21 балла. В короткой программе он выходил на лед первым, а в произвольном прокате стартовал под 13‑м номером. В итоговом протоколе выше него расположились представители Казахстана и Японии: олимпийским чемпионом стал Михаил Шайдоров (291,58 балла), серебро завоевал Юма Кагияма (280,06), бронза досталась Сюну Сато (274,90).
Роднина подчеркнула, что со своей профессиональной точки зрения не обнаружила в оценках Гуменника признаков несправедливости или предвзятости. Она обратила внимание, что современное фигурное катание живет в условиях строго формализованной системы подсчета, где каждый элемент расписан по базовой стоимости и надбавкам.
По ее словам, сегодняшнее судейство фактически превратилось в «калькуляторское»: все просчитывается до десятых и сотых долей, и именно поэтому важно смотреть не только на выступление одного спортсмена, а на общую картину соревнований. В сравнении с прежними временами, когда субъективное впечатление могло играть большую роль, сейчас, по мнению Родниной, решающим становится суммарный набор выполненных элементов и их качество.
Комментируя выступление Гуменника, она отметила, что зрители часто концентрируются на количестве сложных прыжков, забывая о других аспектах программы. Роднина привела условный пример: один фигурист может исполнить три четверных прыжка очень чисто, другой — пять, но с помарками, и итоговая разница в оценках будет зависеть не только от заявленного набора, но и от того, как каждый элемент был выполнен. В этом, по ее мнению, и проявляется суть нынешнего «арифметического» судейства.
Отдельно Роднина провела параллель с гимнастикой. Она напомнила, что раньше в этом виде спорта сама попытка сложного элемента могла добавлять к оценке, даже если спортсмен не справлялся идеально. В фигурном катании, напротив, за неудачную попытку предусмотрено снижение, и ошибка на прыжке часто дает заметный минус как по базовой стоимости, так и по надбавкам за качество исполнения. Поэтому, считает она, разговоры о «несправедливости» зачастую возникают от непонимания зрителями самой логики подсчета баллов.
В преддверии выступления Аделии Петросян в короткой программе на Олимпиаде в Италии у экспертов и болельщиков закономерно возникали вопросы: чего от нее ждать и может ли она столкнуться с предвзятым судейством. Роднина ответила однозначно: она ждет от Аделии только хорошего катания и сильного проката, а не поводов для обсуждения оценок.
По ее словам, российская аудитория слишком часто заранее настраивает себя на негатив, ищет необъективность еще до начала соревнований. Она подчеркнула, что не помнит случаев откровенно несправедливого судейства именно на Олимпийских играх, где внимание к подсчету баллов и работе судей максимально пристальное. По мнению Родниной, вместо того чтобы заранее готовиться к разочарованию, имеет смысл сконцентрироваться на самом процессе соревнований: наблюдать за борьбой, переживать за спортсменов и радоваться их успехам.
Говоря конкретно о ситуации с Гуменником, Роднина вновь отметила, что не является ни судьей, ни «живым калькулятором», но за годы в фигурном катании научилась видеть общую картину турнира. С этой позиции, уверяет она, оценки Петра укладываются в логику нынешней системы и соответствуют тому, что он показал на льду по сравнению с соперниками.
Под «общей ситуацией», о которой говорит Роднина, подразумевается не только чистота прыжков, но и уровень катания в целом: владение коньком, хореография, связки между элементами, складность программы, компоненты — все то, что в новой системе судейства оценивается отдельно от технического набора. Она подчеркивает, что болельщики часто сводят все к подсчету количества четверных, тогда как судьи рассматривают выступление как комплекс.
Также важен фактор стартового номера. Гуменник открывал короткую программу, что традиционно считается не самым выгодным положением: у первых участников судьи нередко оставляют себе «запас» оценок для последующих прокатов. Однако Роднина напоминает, что это – часть нормальной соревновательной реальности, а не заговор против конкретного спортсмена. В произвольной программе Петр уже выходил на лед в середине группы, и итоговые баллы, по ее словам, демонстрируют закономерность его места в шестерке сильнейших.
Тема выступлений российских фигуристов в нейтральном статусе добавляет эмоционального фона к оценкам и обсуждениям. Многие зрители склонны видеть в каждом спорном, на их взгляд, балле подтверждение предвзятости. Роднина же настаивает на том, что профессионалы на судейской бригаде в первую очередь опираются на регламент и протокол, а не на национальную принадлежность фигуриста, и что именно жесткая «калькуляция» в нынешней системе минимизирует субъективность.
Она обращает внимание и на психологический аспект: постоянный поиск несправедливости мешает наслаждаться самим спортом. Вместо того чтобы обсуждать пластичность, скорость, музыкальность или оригинальность программ, дискуссия сводится к спорам о десятых балла. По мнению Родниной, это обедняет восприятие фигурного катания как искусства и сложнейшей технической дисциплины одновременно.
В контексте ожиданий от Аделии Петросян эксперт советует смотреть на ее выступление шире, чем только через призму возможных судейских споров. Важно, сумеет ли спортсменка выдержать психологическое давление, реализовать заявленный технический контент, сохранить чистоту исполнения и показать свою индивидуальность на льду. Именно это, с точки зрения Родниной, должно быть в фокусе внимания, а не предположения о том, насколько «объективно» к ней отнесутся.
Роднина также подчеркивает, что олимпийский турнир всегда является местом, где встречаются разные школы фигурного катания: японская, российская, североамериканская, европейская, теперь еще активнее заявляет о себе и казахстанская. В такой конкуренции неизбежно будут и споры, и разочарования, и восторги, но итоговый протокол, как она считает, отражает суммарный уровень показанных прокатов.
Олимпийские игры в Милане и Кортина‑д’Ампеццо завершатся 22 февраля, и именно до этой даты фигурное катание будет оставаться в центре внимания болельщиков. Итоги турнира, вероятно, еще долго будут обсуждаться — от распределения медалей до отдельных судейских решений. Но позиция Ирины Родниной в этом споре однозначна: в случае с оценками Петра Гуменника она не увидела ничего, что выходило бы за рамки современной, «калькуляторской», но при этом достаточно прозрачной системы судейства.