FIS обменяла Большунова на пьяный фарс. Кубок мира окончательно потерял лицо.
Пока Савелий Коростелев в одиночку тащит на себе честь российской школы в условиях тотального отстранения, на легендарной трассе Холменколлена героем дня внезапно становится не выдающийся марафонец, не тактический гений и даже не темная лошадка гонки. Главным информационным событием марафона оказался человек, который прямо во время дистанции заливал в себя алкоголь и после финиша с гордостью рассказывал об этом журналистам. И именно такие персонажи сегодня выходят на старты Кубка мира, в то время как Александр Большунов вынужден ограничиваться внутренними стартам.
Холменколленский марафон вернули в календарь Кубка мира после паузы, вызванной проведением чемпионата мира. Казалось бы, отличный повод вернуть былую величественность культовому «полтиннику». Но уже на старте стало ясно, что гонка лишилась главной интриги: непобедимый в последние сезоны Йоханнес Клебо не вышел на дистанцию из‑за сотрясения мозга, полученного в спринте. Без норвежского лидера борьба за победу превратилась в привычное норвежское же внутреннее первенство с прогнозируемой развязкой — триумфом Эйнара Хедегарта.
Савелий Коростелев, несмотря на опасения, стартовал и достойно прошел тяжелейшую дистанцию, но в отсутствии полноценной международной конкуренции прорываться к подиуму через плотный строй норвежцев не смог. И именно в этот пустующий вакуум реальной спортивной борьбы и влетела история, которая превратила престижную гонку в глобальный мем.
Британец Габриэль Гледхилл, заявившийся на марафон, финишировал спустя около 20 минут после победителя. Его результат оказался настолько слабым, что он проиграл не только основной группе мужчин, но и множеству участниц женской гонки. Однако спортивным провалом он явно не был расстроен — куда больше его занимало, как придать своему выступлению «шоу‑элемент».
Уже после финиша Гледхилл с обезоруживающей прямотой рассказал, чем именно занимался во время прохождения дистанции. По его словам, он «изрядно напился», приняв на трассе 10-12 банок пива и еще пять-шесть рюмок крепкого алкоголя, в том числе Jägermeister, которым его угощали болельщики. Вместо стыда — довольная улыбка и фраза о том, что это было «одно из самых веселых событий» в его жизни. Спортивный праздник был сознательно превращен в алкогольный перформанс.
Особенно цинично это выглядит на фоне того, что речь идет не о любительском забеге, а о этапе Кубка мира — витрине лыжного спорта, площадке, которая по идее должна демонстрировать высочайший уровень подготовки и пример для подрастающего поколения. Но FIS предпочитает закрывать глаза на подобные выходки, в то время как целую группу сильнейших лыжников планеты из России принципиально не допускает до старта.
Гледхилл и раньше старался привлекать к себе внимание эпатажем. В 2023 году на спринте в Тронхейме, дебютируя на Кубке мира, он показал лишь 73‑е время, зато на финише устроил пародию на «звезду»: приложил палец к губам, призывая трибуны замолчать. Картинка разлетелась по соцсетям, фанаты начали тиражировать его жест на мерче, а сам Габриэль с самодовольством нарек себя «Королём Тронхейма». Реальные результаты при этом его, похоже, волнуют меньше всего.
За яркой маской «короля» скрывается куда менее гламурная реальность. Шесть лет Гледхилл прожил в Лиллехаммере, где старался тренироваться и закрепиться в норвежской лыжной среде. Он попытался получить вид на жительство, однако миграционные власти Норвегии посчитали, что британец не способен обеспечивать себя самостоятельно, и отказали в документе. Теперь, по его собственным словам, он обязан покинуть Норвегию и всю Шенгенскую зону до 28 марта, если не произойдет чуда и решение не будет пересмотрено.
Формально у него есть варианты — вернуться в Великобританию, попытаться перебраться в Канаду, откуда родом его отец. Но в любом случае тренироваться на уровне норвежской инфраструктуры в этих странах будет непросто. Впрочем, после истории с алкоголем на трассе встает другой вопрос: действительно ли перед нами профессиональный спортсмен, всерьез нацеленный на прогресс, или это блогер в лыжных ботинках, для которого старт — всего лишь площадка для эпатажа?
Еще более абсурдной ситуацию делает тот факт, что даже в состоянии очевидного алкогольного опьянения Гледхилл финишировал не последним. Словацкий лыжник Михал Адамов уступил ему более полминуты, а представитель Лихтенштейна Миша Бюхель отстал более чем на четыре минуты. Трое спортсменов из Южной Америки и вовсе были сняты с дистанции лидерами на круг. Такая статистика наглядно демонстрирует, до какого уровня размыта планка требований на Кубке мира в отсутствие полноценной конкуренции.
Картина получается удручающая: вместо жесткой спортивной селекции, когда на старты допускаются действительно сильнейшие, мы видим шоу для протокола — с участием откровенно слабых лыжников, способных проигрывать десятки минут, и любителей сомнительных экспериментов с алкоголем на дистанции. И это подается как «Большой лыжный спорт», хотя по сути всё больше напоминает карнавал, в котором серьезная составляющая теряется за кулисами.
На этом фоне особенно болезненно воспринимается позиция Международной федерации лыжных гонок и сноуборда. FIS демонстративно закрывает дверь перед российскими лидерами, имеющими реальные титулы и победы, но с легкостью открывает ее перед спортсменами, превращающими этап Кубка мира в пьяный аттракцион. Получается парадокс: трикратный олимпийский чемпион и один из главных героев последних сезонов Александр Большунов выдает впечатляющие победы на национальном уровне, но мировая арена искусственно от него отгорожена.
Недавний триумф Большунова на чемпионате России еще раз показал, что уровень наших лидеров по‑прежнему соответствует, а по ряду аспектов и превосходит значительную часть тех, кто сейчас выходит на старты Кубка мира. Его готовность к марафонам, умение распределять силы, работать на тяжелых профилях — всё это очевидно для тех, кто следит за лыжами не по поверхностным сводкам, а по реальным протоколам. Но мировому болельщику предлагается другой «спектакль»: вместо дуэлей гигантов — пьяный британец, прогуливающийся по легендарной трассе с пивом и шотами.
Можно долго говорить о политике, санкциях, сложной международной обстановке. Но даже если оставить всё это за скобками и смотреть исключительно с точки зрения спорта, ситуация выглядит абсурдной. Кубок мира обязан быть площадкой, где соревнуются сильнейшие, а не тем, кто удобен с точки зрения чиновничьих решений. Когда вместо живой конкуренции между Клебо, Большуновым, Коростелевым и другими лидерами зрителю навязывают истории про «самое веселое событие в жизни» пьяного участника — это уже не развитие вида, а его деградация.
Отдельный вопрос — образ спорта в глазах детей и подростков. Лыжи всегда ассоциировались с дисциплиной, выносливостью, умением терпеть боль и преодолевать себя. Когда по центральным медиаплощадкам разлетаются цитаты о том, как участник марафона «выпил 10-12 банок пива и несколько рюмок крепкого», и при этом продолжает спокойно выходить на международные старты, это формирует весьма сомнительный ориентир. Где граница допустимого? И почему за нее спокойно выходят там, где по идее должна действовать жесткая профессиональная этика?
Легко представить, каким мог бы быть Холменколленский марафон при ином раскладе. Представить дуэль условного Клебо с Большуновым на легендарной «полтиннике», борьбу норвежской группы с российской, подключение финнов, шведов, итальянцев, реальную игру тактик, смену скоростей, атаки на подъемах, нервную концовку. Такая гонка запомнилась бы годами, а ее разобрали бы по секундам. Вместо этого мир обсуждает, сколько шотов успел принять британец и как он собирается оспаривать решение миграционных властей.
В итоге мы видим, как Кубок мира по лыжным гонкам постепенно утрачивает статус эталонной сцены и скатывается к уровню сомнительного шоу. Формально календарь заполнен, трансляции идут, титулы разыгрываются. Но содержание обеднело: без настоящих лидеров, без широкого поля конкурентов из сильнейших лыжных школ соревнования теряют глубину и превращаются в набор эпизодов, которые больше интересны с точки зрения скандала, чем высокого спорта.
Пока FIS продолжает упорствовать, отказываясь пересмотреть свою политику и допустить российских элитных лыжников, подобные истории будут всплывать снова и снова. Ведь пустоту на верхнем уровне кто‑то неизбежно заполняет — и сегодня ее заполняют не выдающиеся спортсмены, а персонажи, для которых Кубок мира стал площадкой для сомнительного перформанса. И до тех пор, пока в протоколах не появятся фамилии тех, кто действительно достоин бежать легендарные марафоны, Холменколлен и весь турнирный цикл будут оставаться бледной тенью самих себя.