«Одних регалий мало, чтобы вести детские группы». Губерниев — о конфликте Загитовой и Ригини
Комментатор и ведущий телеканала «Матч ТВ» Дмитрий Губерниев высказался о громком споре между олимпийской чемпионкой Алиной Загитовой и итальянским фигуристом Иваном Ригини. По его мнению, даже блестящая коллекция титулов не делает человека автоматически готовым к работе с детьми: для тренерской деятельности необходимо специальное образование и глубокие знания в смежных областях.
Поводом для дискуссии стали слова Ригини, который усомнился в тренерских перспективах Загитовой. Он заявил, что из‑за относительно короткой спортивной карьеры Алина якобы не сможет полноценно обучать воспитанников нового центра фигурного катания в Казани, который планируется открыть под её именем. Фигуристка ответила жестко, назвав высказывания итальянца проявлением «скудоумия».
На этом фоне Губерниев постарался сместить акцент с личных выпадов на вопрос профессиональной подготовки. Он подчеркнул, что успешные выступления на международной арене и статус олимпийской чемпионки ещё не гарантируют, что человек готов к полноценной работе с юными спортсменами.
«Я искренне надеюсь, что у Алины есть профильное образование, позволяющее ей официально и полноценно работать с детьми. Титулы — это потрясающе, но их, по моему убеждению, недостаточно. Я не знаю, какие именно дипломы есть у Загитовой, и потому не берусь утверждать. Если образование получено — замечательно, флаг в руки. Но если его нет, одними регалиями закрыть этот пробел нельзя», — отметил Губерниев.
Он отдельно объяснил, что современный тренер, особенно работающий с детьми и подростками, должен разбираться не только в технике фигурного катания, но и в целой системе знаний, напрямую влияющих на здоровье и развитие спортсмена.
«У тренера должны быть серьёзные базовые знания по биохимии, спортивной медицине, педагогике, анатомии. Это не формальность, а необходимость, если речь идёт о детях. Я сам обладаю красным дипломом института физкультуры. При этом я вовсе не великий спортсмен, как Загитова, но с точки зрения подготовки имею право работать тренером, потому что прошёл обучение. Вопрос в том, какое именно образование у Алины и как она собирается выстраивать свою работу», — пояснил комментатор.
Отдельно Губерниев прокомментировал стиль ответа Загитовой на критику со стороны Ригини. По его словам, переход на личности не украшает ни одну из сторон и отводит внимание от сути дискуссии.
«Когда начинается переход на личности, это всегда плохо. Здесь даже обсуждать особо нечего. В любой профессиональной полемике важно говорить по существу — о методиках, опыте, квалификации, а не оскорблять оппонента», — подчеркнул журналист.
Алина Загитова — одна из самых титулованных фигуристок своего поколения. В её активе не только золото Олимпийских игр, но и победы на чемпионатах мира и Европы, а также серебряная медаль Олимпиады в командных соревнованиях. Ей всего 24 года, и завершив активную соревновательную карьеру, она постепенно переходит к новой роли в фигурном катании — медийной, наставнической и, возможно, тренерской.
Скандал вокруг её будущей работы с детьми высветил более широкий вопрос: кто и на каких основаниях имеет право называться тренером, особенно в детском спорте. По сути, спор между Ригини, Загитовой и Губерниевым отражает давнюю дискуссию: достаточно ли быть великим спортсменом, чтобы автоматически стать хорошим наставником.
Во многих видах спорта уже давно сложилась практика, когда звёздные экс-спортсмены либо получают второе образование, либо проходят специализированные курсы и стажировки, прежде чем становиться у бортика или выходить на лёд с детьми. Наличие диплома, как отмечают специалисты, не гарантирует гениальности тренера, но обеспечивает базовый уровень понимания организма ребёнка, принципов нагрузок, восстановления и психологии.
Особенно остро эта тема стоит именно в фигурном катании, где ранний возраст начала занятий, сложные прыжковые элементы и высокие нагрузки накладывают огромную ответственность на тренерский штаб. Ошибки на этапе детской и юниорской подготовки могут стоить спортсмену здоровья и карьеры. Поэтому отношение к образованию тренеров выходит на первый план.
С другой стороны, опыт личных побед, пережитые поражения, умение справляться с давлением и огромной конкуренцией — то, что есть у Загитовой в избытке, — могут стать бесценным ресурсом для подрастающих фигуристов. Многие юные спортсмены приходят в школы именно из‑за громкого имени кумира, и это помогает привлечь внимание к виду спорта, мотивировать детей и их родителей.
Здравый компромисс в подобной ситуации обычно заключается в разделении ролей. Бывший чемпион может стать идейным лидером проекта, лицом школы, наставником по мотивации и соревновательному опыту, а также консультантом по программам. При этом основная ежедневная работа с детьми, включая построение тренировочного плана и контроль за нагрузками, ложится на специалистов с профильным образованием и опытом. Такой тандем позволяет объединить сильные стороны практиков и теоретиков.
Вопрос, который поднимает Губерниев, во многом адресован не только Загитовой, но и всей системе подготовки тренеров в России. Должны ли звёздные спортсмены автоматически получать возможность открывать школы и центры под своим именем? Нужны ли единые стандарты сертификации тренеров? Как контролировать качество работы с детьми в частных и именных школах? Пока чёткого ответа нет, каждая подобная история становится поводом для острой дискуссии.
Важно и то, как именно спортсмены реагируют на критику. Жёсткие формулировки в адрес оппонента, какими бы эмоциональными ни были обстоятельства, лишь подливают масла в огонь и размывают главную тему. В случае с Загитовой и Ригини обсуждение легко могло бы перейти в конструктивное русло: речь могла идти о том, как Алина видит свою роль в центре, какое обучение уже прошла или планирует пройти, кто будет входить в тренерский штаб.
Не стоит забывать, что переход из статуса действующего спортсмена в роль тренера или наставника — сложный и долгий процесс. Нужны годы, чтобы научиться не только выполнять элементы, но и объяснять их, подстраивая под индивидуальные особенности каждого ребёнка. Хороший тренер — это не только набор знаний и титулов, но и умение слушать, поддерживать, вовремя остановить, когда нагрузка становится чрезмерной.
История с Загитовой показывает: общество всё внимательнее относится к тому, кто именно работает с детьми в спорте высших достижений. Имя олимпийской чемпионки способно привлечь в каток сотни желающих, но одновременно повышает требования к прозрачности её профессионального пути после завершения карьеры. От Алины в будущем, вероятно, будут ждать не только ярких медийных проектов, но и чёткого ответа на вопрос о том, как она сочетает свои регалии с необходимым уровнем тренерской квалификации.
Пока же спор вокруг её тренерских перспектив остаётся открытым. С одной стороны, есть колоссальный соревновательный опыт и статус, с другой — запрос на профильное образование и методическую базу. И пока участники дискуссии обмениваются резкими репликами, остаётся главный, по сути, вопрос: как сделать так, чтобы дети, приходящие в фигурное катание, получали не только мотивацию от кумира, но и действительно безопасную, профессионально выстроенную подготовку.