«Молодой ещё был». Уход Мухсина Мухамадиева стал ударом для футбольной России
Новогодняя ночь для многих болельщиков обернулась трауром. 1 января 2026 года пришло известие: на 60‑м году жизни скончался один из ярчайших форвардов российского футбола 90‑х, бывший нападающий «Спартака», «Локомотива» и нескольких других клубов Мухсин Муслимович Мухамадиев. Федерация футбола Таджикистана сообщила, что причиной стала тяжёлая болезнь, с которой он боролся в последние годы.
Для целого поколения любителей футбола имя Мухамадиева неразрывно связано с романтикой начала 90‑х, когда формировался новый чемпионат России. Техничный, быстрый, цепкий форвард с отличным голевым нюхом появился в отечественном первенстве не случайно – его в Россию привёл Юрий Семин. В конце 80‑х молодой специалист работал с душанбинским «Памиром» и именно там обратил внимание на настырного нападющего, который постоянно лез в штрафную и не боялся брать игру на себя.
Спустя несколько лет Семин, уже возглавлявший московский «Локомотив», добился приглашения Мухамадиева в команду. В первом чемпионате России 1992 года таджикский форвард стал одной из заметных фигур в атаке железнодорожников, быстро адаптировался к новому уровню и набрал очки доверия у тренера. Для игрока, ещё недавно выступавшего за клуб из Душанбе, это был резкий, но заслуженный скачок.
Затем в его биографии последовал зарубежный эпизод – переезд в турецкий «Анкарагюджю», куда его позвал Валерий Непомнящий. Однако турецкая глава оказалась короткой. Уже через год Мухамадиев оказался в команде, о которой мечтал любой игрок с постсоветского пространства, – в московском «Спартаке» под руководством Олега Романцева.
Начало 90‑х – эпоха доминирования «красно-белых» в отечественном футболе. «Спартак» год за годом брал золото и оставался практически единственным российским клубом, который успешно заявлял о себе в еврокубках. Попасть в тот состав означало войти в элиту. Мухамадиев не затерялся на фоне звёзд: он быстро закрепился в основе, а вокруг него работала роскошная полузащита с Ильёй Цымбаларём, Дмитрием Аленичевым, Андреем Тихоновым и другими мастерами.
Часто Мухамадиев выходил в атакующей паре с Николаем Писаревым – это дуэт, который болельщики «Спартака» вспоминают до сих пор. Сам форвард позже говорил, что старт в столичном клубе получился почти идеальным. Он регулярно забивал, чувствовал доверие тренеров и партнёров и видел, как растёт его роль в команде.
Кульминацией его спартаковского периода стал отрезок 1994–1995 годов. Во второй части сезона‑1994 он был основным нападающим «красно-белых», отличался почти в каждом туре и принёс команде несколько ключевых побед. В Лиге чемпионов именно его гол в ворота киевского «Динамо» принёс спартаковцам минимальную, но очень важную победу со счётом 1:0.
Старт сезона‑1995 и вовсе получился для него фееричным. В первом же матче чемпионата он оформил хет-трик, а после шести туров имел на счету шесть забитых мячей и единолично возглавлял список бомбардиров. Тогда казалось, что перед Мухамадиевым открывается длинный отрезок в статусе главной ударной силы «Спартака».
Однако летом 1995 года ситуация изменилась. В команду пришла группа ярких исполнителей в атакующую линию – тот самый состав, который позже прогремит на всю Европу шестью победами подряд на групповом этапе Лиги чемпионов. Олег Романцев сделал ставку на связку Шмаров – Юран, и игровое время Мухамадиева резко сократилось. Конкуренция в атаке была запредельной, и в итоге форвард отправился в нижегородский «Локомотив», где рассчитывал получить больше практики.
Дальше его путь пролёг через ряд российских клубов – «Торпедо», «Шинник», тульский «Арсенал», подмосковный «Витязь». Он никогда не относился к категории суперзвёзд, вокруг которых строятся клубы, но везде оставался полезным, рабочим нападающим: забивал, тянул на себя защитников, помогал молодёжи и не выпадал из командной структуры.
Особое место в его карьере занимает сборная России. В середине 90‑х, когда в национальной команде была огромная конкуренция среди форвардов, Мухамадиев всё же успел записать на свой счёт официальный матч. В 1995 году, дебютируя в игре против Фарерских островов, он не только вышел на поле, но и забил – Россия победила 3:0, а форвард оставил в архиве сборной гол, который вспоминал потом с особой теплотой.
Путь в сборную был тесно связан с вопросом гражданства. Сам Мухамадиев позже рассказывал, что уехал в московский «Локомотив» в 1993 году ещё с советским паспортом. Когда в российском футболе появилось понятие «легионер», возник выбор: оставаться иностранным игроком с ограничениями или принять российское гражданство. Приглашение в «Спартак» в 1994 году во многом стало решающим аргументом. Чтобы переход не сорвался, ему пришлось получить российский паспорт. Он признавался, что именно шанс играть за «красно-белых» стал главным стимулом окончательно связать свою профессиональную судьбу с Россией.
За время выступлений в высшем дивизионе чемпионата России Мухамадиев провёл 144 матча и забил 43 мяча. Для эпохи, когда в лиге царствовала жёсткая силовая борьба и поля далеко не всегда позволяли демонстрировать комбинационный футбол, эта статистика выглядит более чем достойно. Он завершил игровую карьеру в 2002 году, после чего без паузы переключился на тренерскую и управленческую работу.
Почти сразу он оказался востребован на родине, в Таджикистане. Мухамадиев работал с ведущими клубами страны, а затем возглавил национальную сборную. Его целью было не только достигать турнирных результатов, но и выстроить систему подготовки, подтянуть уровень дисциплины и профессионализма. Многие молодые таджикские игроки вспоминали, что именно он первым объяснил им, что такое европейский подход к футболу – режим, тактика, отношение к тренировочному процессу.
Не осталась без его участия и российская Премьер-лига. В период расцвета казанского «Рубина», который в 2008 и 2009 годах дважды подряд стал чемпионом страны, Мухамадиев работал в клубе спортивным директором. Он участвовал в формировании состава, влиял на трансферную политику и вносил свой вклад в создание той самой команды, которая громила «Барселону» на «Камп Ноу» и задавала тон в российском чемпионате.
В последние годы бывший форвард оставался на виду. Он охотно общался с журналистами, комментировал матчи, делился мнением о работе тренеров и выступлениях российских и таджикских игроков. Регулярно принимал участие в ветеранских турнирах, поддерживал форму и, по словам знакомых, относился к жизни с тем же азартом, что и в годы, когда выходил на поле в составе «Спартака».
О серьёзных проблемах со здоровьем стало известно в 2025 году. Мухамадиев перенёс несколько инсультов и проходил курс лечения в Москве. Один из первых ударов случился примерно за год до смерти на сборе клуба «Вахш», где он занимал должность директора. С тех пор ему приходилось заново осваивать многие простые вещи, но он пытался не опускать рук и продолжал держаться рядом с футболом.
Новый 2026 год семья встретила в палате клиники. По словам его вдовы Мохиры Мухамадиевой, родные собрались рядом, чтобы поддержать Мухсина в тяжёлый момент. Вечером 1 января у него возникли проблемы с дыханием, и сердце не выдержало. Родные признаются: возникло ощущение, что он ждал именно этого семейного собрания, чтобы попрощаться. Точная причина смерти, по предварительным данным, может быть связана с гипоксией, но окончательное заключение медиков семья ожидала получить позже.
Для родных и близких это невосполнимая личная утрата. Для футбольной России и Таджикистана – прощание с человеком, который на протяжении десятилетий оставался заметной фигурой и на поле, и за его пределами. Соболезнования сразу же выразили клубы, в которых он выступал и работал: в их заявлениях подчёркивалось, что Мухамадиев сумел оставить яркий след не только результатами, но и человеческими качествами – добротой, требовательностью к себе и уважением к профессии.
Отдельно простился с форвардом московский «Спартак». В некрологе клуба напомнили, что Мухамадиев является воспитанником таджикского футбола и выступал за «красно-белых» в 1994–1995 годах, проведя 39 матчей и забив 16 мячей. Вместе с командой он завоевал золото чемпионата России‑1994 и бронзу сезона‑1995. В обращении клуба были выражены глубокие соболезнования семье и близким и сказано, что память о нём навсегда останется в истории «Спартака».
Соболезнования в адрес родных Мухсина Муслимовича высказали и люди, хорошо знавшие его по совместной работе и годам в футболе – бывшие партнёры по командам, тренеры, функционеры. Многие признавались, что уход Мухамадиева воспринимается особенно тяжело именно потому, что в их представлении он оставался «молодым мужиком» – энергичным, деятельным, всегда готовым к диалогу и новым проектам.
Для болельщиков, внимательно следивших за футболом в 90‑е, имя Мухамадиева связано с конкретными, очень живыми картинками. Кто‑то вспоминает его гол киевскому «Динамо», кто‑то – первые туры сезона‑1995, кто‑то – его работу в «Рубине». Старшее поколение таджикских фанатов до сих пор рассматривает его как мост между местным футболом и большим российским и европейским уровнем.
Важно и то, что Мухамадиев стал одним из символов целой волны игроков из Средней Азии, сумевших проявить себя в чемпионате России. В начале 90‑х переход из Душанбе или Ташкента в Москву был не только спортивным, но и культурным вызовом. Он прошёл этот путь одним из первых, доказав, что игрок из таджикской команды может стать значимой фигурой в топ-клубе и заслужить уважение требовательной столичной публики.
Многие специалисты отмечают ещё одну его черту – умение адаптироваться к любым обстоятельствам. В игре он мог действовать и как «девятка», и как оттянутый форвард, подстраиваясь под структуру команды. Вне поля так же спокойно переходил из статуса игрока в статус тренера и функционера, осваивая новые роли и не цепляясь за прошлые заслуги.
Для молодого поколения футболистов история Мухамадиева может служить примером того, как важно не останавливаться на одном успехе. После яркого периода в «Спартаке», когда, казалось бы, он достиг вершины, Мухсин не стал замыкаться на ностальгии, а последовательно продолжил путь – через разные клубы, новые должности, другой уровень ответственности. Он не боялся идти туда, где было непросто, и брался за проекты, требующие терпения и долгой работы.
Сегодня, когда российский и таджикский футбол переживают непростые времена, особенно заметно, насколько нужны фигуры масштаба Мухамадиева – люди, способные соединять эпохи, страны и поколения. Его уход – напоминание о том, как быстро проходят даже самые яркие карьеры и как важно успевать ценить тех, кто создавал историю футбола не только громкими заголовками, но и ежедневным трудом.
Память о Мухсине Муслимовиче будет жить в статистике и титулах, в архивных видеозаписях и сухих строчках протоколов. Но главное наследие – в воспоминаниях людей, которые видели его игру, работали рядом или просто однажды получили от него автограф и пару тёплых слов. Для многих он навсегда останется не просто легендой 90‑х, а живым, открытым человеком, который до последнего дня оставался предан футболу.